В 1921 году в жизни писателя Александра Грина случились два судьбоносных события. Он поставил точку в той самой знаменитой повести «Алые паруса» и встретил большую любовь — Нину Миронову. Собственно, ей он и посвятил свою книгу. Она о честных, добрых людях и о поисках простого человеческого счастья. Говорят, сам Максим Горький плакал над повестью и перечитывал гостям сцену встречи Грэя и Ассоли…
8 последних лет жизни (1924-1932) Александр Грин прожил в Крыму, куда его хитростью заставила переехать жена Нина. Она притворилась больной, чтобы увезти мужа от пьяных Петроградских кутежей.
В 1924 году они приехали в Крым, где Нина могла бы «поправить здоровье». Купив в Феодосии квартиру по ул. Галерейная, 10 (теперь там музей Грина), они разорились на судебных тяжбах с издательством. Квартиру пришлось продать и переехать в 1930 году в более дешевый город Старый Крым. Здесь советская цензура, с мотивировкой «вы не сливаетесь с эпохой», еще сильнее ударила по семейному бюджету, запретив переиздания Грина. Они начали болеть и голодать. На все письма с просьбой о помощи, которые он отправлял в Союз писателей, получал отказ. Ему отказали также и в пенсии, как «идеологическому врагу».
«Хитрец, ах, какой хитрец, — шептались писатели за его спиной, когда Грин приезжал в Москву, — устроился, видите ли, в Крыму, в тепле и сытости, а мы…» Он же гордо молчал: не рассказывать же им, что, когда однажды купил Нине в подарок серебряную чашку с блюдцем и ложкой, она расплакалась — «на эти деньги месяц можно прожить».
У Грина, возможно, именно из-за плохого питания и потрясений развился рак желудка. В конце апреля 1931 года, будучи уже серьёзно больным, он в последний раз ходил (через горы) в Коктебель, в гости к Волошину. Этот маршрут до сих пор популярен среди туристов и известен как «тропа Грина». В конце 1931 года Грину стало совсем худо. Нина вызвала из Феодосии знакомого врача — но он не в силах был облегчить страдания писателя.
8 июля 1932 года, на 52-м году жизни, Александр Грин скончался. Нина выбрала для его могилы место на Старо-Крымском кладбище. Гроб его, простой, деревянный (в Крыму не было ни досок, ни гвоздей, и людей хоронили в простынях), Нина обила мелкими вьющимися розами, которые он любил больше всего. Писателей на похоронах не было…
Через два года после смерти Грина писатель Малышкин, встретив 39-летнюю Нину в гостях у Паустовских, встал перед ней на колени и воскликнул: «Ассоль! Ну почему же ты седая?».
Немецкая оккупация застала Нину Грин в Старом Крыму, где она жила со старухой-матерью и работала медсестрой в местной больнице. Когда она хотела бежать, было уже поздно. К ноябрю 1941 года женщины уже основательно голодали и начали серьезно болеть.
«В последних числах января 1942 года кто-то из местных жителей, работающих в управе, предложил мне место корректора в небольшой типографии, открытой городской управой <…> Голод, крайнее физическое истощение и упадок сил после тяжелой перенесенной болезни вынудили меня это предложение принять», — позже вспоминала Нина Грин.
В 1944 году умерла ее мать, и Нина поехала в Одессу к друзьям. Прямо с парохода ее и других пассажиров снял отряд немецких солдат. Через несколько дней женщину вывезли в Германию в лагерь под Бреслау.
В 1945 году, когда очевидным стал конец войны, лагерь сожгли, а пленных погнали на запад. По дороге, во время бомбежки, воспользовавшись паникой, Грин спряталась в груде мусора, а затем добралась до расположения советских войск. Встретили ее настороженно…
В октябре 1945 года Грин наконец вернулась в Старый Крым, но через месяц была арестована. Следователь заявил напрямую: «Государству важны не причины, заставившие совершить преступление, а важно само преступление». Главное обвинение – работа на немцев в Крыму и в Германии.
Нина Грин получила 10 лет лагерей за «коллаборационизм и измену Родине», с конфискацией имущества. После конфискации ее участок и постройки в Старом Крыму передали первому секретарю Старо-Крымского горкома партии Л.С. Иванову.
Нина отбыла почти весь свой срок и вышла на свободу в 1955 году по амнистии. После смерти Сталина в 1953 году запрет на многих писателей был снят — произведения Грина были возвращены в литературу. Они издавались миллионными тиражами. Получив стараниями друзей Грина гонорар за «Избранное» (1956), Нина приехала в Старый Крым, с трудом отыскала заброшенную могилу мужа и выяснила, что дом, где умер Грин, перешел к чиновнику и использовался как курятник. В этом доме Нина хотела открыть музей писателя, но чиновник ни за что с курятником расставаться не хотел.
Друзья-писатели Грина написали открытое письмо в защиту домика Грина. Через год мощный удар по «курятнику» нанес фельетон Леонида Ленча «Курица и бессмертие». Иванов был в ярости. Его стараниями по Старому Крыму поползли слухи, будто Нина Грин переливала кровь убитых младенцев раненым немцам. На улицах вдогонку писательской вдове шипели «Фашистка!». У Нины от таких переживаний случился инсульт.
В 1960-м году к 80-летию Александра Грина Нина таки получила ордер и ключи от его домика и в день рождения писателя открыла его для посетителей. В нем она провела последние десять лет своей жизни. В июле 1970 года был открыт Музей Грина в Феодосии, но лишь год спустя дом Грина в Старом Крыму тоже получил статус музея, поскольку его открытие крымским обкомом КПСС упиралось в давний конфликт с Ниной: «Мы за Грина, но против его вдовы. Музей будет только тогда, когда она умрет».
Нина Николаевна Грин скончалась в Киеве 27 сентября 1970 года, ее так и не реабилитировали. Похоронить себя она завещала рядом с мужем…
Давняя клевета, увы, не отпустила жену Грина и после ее смерти. Когда Нина Николаевна скончалась, власти Старого Крыма не разрешили похоронить её в могиле, где покоился Александр Степанович Грин со своей матерью. Место для неудобной покойницы подобрали где-то на окраине кладбища.
Согласно легенде, которая до сих пор бытует среди любителей творчества Грина, друзья Нины Николаевны не примирились с такой несправедливостью — глухой осенней ночью выкопали ее гроб и перенесли в могилу мужа. Один из участников этой тайной операции оставил записи о случившемся в своем дневнике, который, увы, попал в руки следователей из спецорганов.
Могилу Грина вскрыли и ничего не обнаружили, потому что безымянные доброхоты догадались спрятать останки Нины Николаевны не рядом, а под гробом мужа. Так в общей могиле они и покоятся до сих пор.
Нет, все же надо верить в чудеса.
В 1997 году Нину Грин реабилитировали.
